БАҚ біз туралы

Не сердите женщину

На малой сцене Казахского государственного академического театра драмы им. М. Ауэзова режиссер Алена Кабдешева поставила «Медею» с Дарией Жусуп в главной роли.
…Медея в ослепительном наряде – элегантном платье, красиво облегающем сильный стан и обнажающем руки, умеющие держать кинжал, – ждет на берегу моря своего мужа Ясона. Он же в это время женится на другой. А ведь она когда-то ради него предала родных, убила брата, украла святыню Колхиды – Золотое руно. Чтобы отомстить, Медея пойдет на все. Даже на убийство детей.
Это вторая работа начинающего режиссера и ведущей актрисы ведущего театра страны. Первой был (опять же на малой сцене) спектакль по известнейшей пьесе «Стеклянный зверинец» Т. Уильямса.
Постановка произведения древнегреческого драматурга Еврипида – это выбор актрисы Дарии Жусуп. Ее Медея – несчастная, мечущаяся от безысходности женщина.
– Медея – один из тех образов, которые сразу раскрыть трудно, он настаивается и зреет, как вино, – говорит актриса. – Однажды ночью мысленно прокручивала роль. Наутро пришла к Алене с вопросом: а может, Медея случайно столкнула своих детей с горы? «Нет, – категорично заявила режиссер. – Она их убила». А потом, поразмышляв, я поняла, что образ Медеи взят из жизни: и в V веке до нашей эры, и сейчас были и есть женщины, у которых чувства берут верх над разумом. Возможно, они больны, с ними должны работать психологи и врачи. Но за что же осуждать этих несчастных?.. Наверное, я не совсем справилась с режиссерской задачей...
Любовь Медеи у Еврипида не знает границ между добром и злом, для нее не существует ничего, кроме страсти, несущей тотальное разрушение. Но Медея Дарии Жусуп надеется, что Ясон еще одумается. Потому и ждала его на последнее свидание в лучшем своем наряде. Она превращается в фурию, сметающую все на своем пути, когда окончательно осознает, что муж не вернется. Отравлена соперница, убиты дети, погибает предатель-муж...
– Нормальной женщине не придет в голову из мести к мужу отыгрываться на детях, – уверена Дария Жусуп. – Женская месть страшна в своей бесконечности. Магжан Жумабаев, подметив это, сказал: «Сначала умирает женщина, а потом ее месть». Но в случае с Медеей присутствует не только ревность, там все гораздо глубже. Мне даже кажется, что именно такие женщины, как она, становясь фанатами веры, надевают сейчас «пояса смертниц». Я хочу постигнуть природу этих загадочных для меня женщин, и возможно, в следующий раз моя Медея будет другой.

Автор: Галия ШИМЫРБАЕВА, Алматы

"Казахстанская правда"